Есть идеи, которые рождаются за один вечер. Есть идеи, которым достаточно нескольких эскизов. А есть идеи, которые сначала долго не дают тебе покоя. Именно так появилась Orange Private Edition.

Не с рисунка. Не с выбора кожи. И даже не с формы будущей обуви. Всё началось с одного вопроса. Почему этого до сих пор нет? Когда я работаю над новой коллекцией, я никогда не начинаю с мысли: «Что сейчас модно?» Меня гораздо больше интересует другой вопрос. «Что бы я сам хотел носить, но не могу найти?» Именно этот вопрос однажды привёл меня к идее, которая впоследствии стала Orange Private Edition.

Попробуйте провести простой эксперимент. Откройте любой поисковик. Введите запрос: «Мюли с ярко-оранжевой подошвой». Именно так когда-то начали и мы. Мы изучали коллекции известных Домов моды. Просматривали новые модели. Искали вдохновение. Пересматривали Pinterest. Изучали десятки производителей обуви. Я хотел понять только одно. Существует ли уже именно та идея, которая появилась у меня в голове? На тот момент мы не нашли именно такого сочетания — элегантных мюлей с полностью ярко-оранжевой подошвой. И тогда я понял одну простую вещь. Иногда не нужно искать. Иногда нужно создавать самому. Так началась работа над Orange Private Edition.

Почему именно оранжевая подошва? Работая над коллекцией, я всё чаще задавал себе один вопрос. Почему большинство современной обуви остаётся в рамках одних и тех же решений? Чёрная подошва. Белая подошва. Бежевая подошва. Это красиво. Это классика. И мы сами много лет работали именно с этими цветами. Но однажды мне захотелось сделать шаг немного дальше. Не ради того, чтобы сделать обувь ярче. А ради того, чтобы добавить ей характер. В мире моды уже существуют примеры, когда цвет становится частью идентичности бренда. Например, сложно представить обувь Christian Louboutin без знаменитой красной подошвы. Это не просто цвет. Это элемент, который сделал дизайн узнаваемым. Меня всегда вдохновляло то, как одна деталь способна сформировать целую историю. Именно тогда возникла мысль. Почему подошва не может стать частью характера нашей коллекции?

Почему именно оранжевый? У нашего Дома есть фирменный оттенок. Emerald Green. Он остаётся частью нашей истории и нашей айдентики. Но я никогда не считал, что художник должен жить внутри одной палитры. Каждая коллекция рождается из определённого настроения. Из определённой эмоции. Сегодня это может быть глубокий изумрудный. Завтра — насыщенный оранжевый. Через несколько лет — совершенно другой оттенок. Потому что творчество не любит рамок. Именно поэтому Orange Private Edition стала такой. Не потому, что оранжевый сейчас в моде. Не потому, что нужно было привлечь внимание. А потому, что именно этот цвет в тот момент вызывал у меня эмоции. Я люблю автомобили. Люблю дизайн. Люблю красивые интерьеры. И каждый раз, когда я сажусь в Rolls-Royce с оранжевым интерьером, я ловлю себя на одной мысли. Этот цвет невозможно не почувствовать. Он тёплый. Живой. Энергичный. Но при этом очень благородный. Именно тогда мне захотелось перенести это ощущение в обувь. Не автомобиль. Не интерьер. А эмоцию, которую испытываешь, когда вокруг тебя всё создано с вниманием к деталям.

Цвет — это тоже часть ремесла. Сегодня оранжевый давно вышел за пределы мира моды. Мы видим его в предметном дизайне. В архитектуре. В интерьерах. В автомобилях, созданных по индивидуальному заказу. В аксессуарах. Он давно перестал быть просто ярким цветом. Для меня он стал символом свободы. Свободы создавать. Свободы экспериментировать. Свободы не повторять уже существующие решения. Я никогда не хотел создавать вещи только потому, что так принято. Мне гораздо интереснее создавать вещи, которые однажды смогут вдохновить других посмотреть на привычные вещи немного иначе. Именно поэтому Orange Private Edition стала такой. Она появилась не из желания следовать тенденциям. Она появилась из желания создать то, что мне самому хотелось видеть. Именно с этого, на мой взгляд, и начинается настоящий дизайн.

Когда люди слышат название Rolls-Royce, большинство представляет автомобиль. Я представляю совсем другое. Я представляю ремесло. Внимание к деталям. Индивидуальность. Материалы. Людей, которые не соглашаются на компромисс. Наверное, именно поэтому философия Rolls-Royce мне настолько близка. Когда открываешь дверь автомобиля, первое, что замечаешь, — не двигатель. Не мощность. И даже не логотип. Ты видишь сочетание материалов. Цветов. Фактур. Контрастной строчки. Каждая деталь находится именно там, где должна быть. Именно это ощущение однажды мне захотелось перенести в мюли. Не автомобиль. Не интерьер. А эмоцию. Эмоцию, которую человек испытывает, когда понимает, что перед ним вещь, созданная с уважением к каждой детали. Иногда идеи рождаются не в мастерской. Иногда они появляются совершенно неожиданно. За рулём. Именно там я чаще всего ловлю себя на мысли: «А что, если попробовать сделать по-другому?»

Первые мюли коллекции Orange Private Edition. Orange Private Edition начинается с двух первых моделей. Именно они открывают историю новой коллекции. Но это только начало. Впереди появятся новые сочетания материалов. Новые оттенки. Новые идеи. Новые интерпретации фирменной оранжевой подошвы. Мне хочется, чтобы Orange Private Edition стала коллекцией, которую будут ждать. Коллекцией, которая будет постоянно развиваться. Но при этом никогда не потеряет своего характера.

Первая модель. Первая модель выполнена из матового чёрного крокодила в сочетании с итальянской чёрной замшей. Именно такой образ первым появился у меня в голове. Тонкий оранжевый кант. Полностью новая ярко-оранжевая подошва. Пяточная часть из кожи крокодила. Полностью оранжевая кожаная подкладка, прошитая чёрной нитью. На первый взгляд эти мюли выглядят очень спокойно. Очень сдержанно. Очень элегантно. Но стоит перевернуть пару… И появляется тот самый акцент. Именно ради него всё и начиналось. Мне нравится эта идея. Сверху — спокойствие. Снизу — характер. На мой взгляд, именно такой должна быть современная элегантность. Не кричащей. А уверенной в себе.

Вторая модель. Вторая модель — это уже совершенно другое настроение. Она выполнена из нубукового крокодила насыщенного оранжевого оттенка в сочетании с итальянской замшей. Мы сохранили фирменную ярко-оранжевую подошву. Тонкий оранжевый кант. Полностью оранжевую кожаную подкладку. Чёрную строчку. Но ощущение получилось совершенно другим. Если первая модель для меня напоминает философию Rolls-Royce — спокойную, сдержанную, благородную, то вторая вызывает совершенно другие эмоции. Когда я смотрю на эти мюли, я вспоминаю Lamborghini Huracán. Энергия. Смелость. Характер. Желание выйти за привычные рамки. Мне вообще кажется, что автомобили давно перестали быть для меня просто средством передвижения. Они стали одним из источников вдохновения. Но я никогда не пытался создавать обувь «под автомобиль». Мне гораздо интереснее передать характер, который вызывает каждый из них. Именно поэтому одна модель для меня ближе к философии Rolls-Royce. А другая — к энергии Lamborghini. И мне нравится, что обе эти эмоции могут существовать в одной коллекции. Потому что творчество не должно ограничивать себя чем-то одним.

Комфорт невозможно показать на фотографии. Можно показать красивую кожу. Можно показать строчку. Можно показать оттенок. Но невозможно показать ощущение, которое появляется после целого дня в мюлях. Именно поэтому огромное количество времени мы уделяем тому, что никогда не станет главным элементом фотографии. Работе колодки. Балансу. Гибкости конструкции. Мягкости. Работе новой каучуковой подошвы. Тому, как мюли ощущаются не первые пять минут. А спустя несколько часов. Для меня красивые мюли — это только половина работы. По-настоящему удачными они становятся только тогда, когда человек надевает их утром и вечером понимает, что ему совершенно не хочется их снимать. Именно к этому ощущению мы стремились, создавая Orange Private Edition.

Наверное, именно эта фраза лучше всего объясняет моё отношение к профессии. Я живу в мюлях. За рулём. На переговорах. Во время путешествий. На работе. Практически каждый день. Каждая новая модель сначала становится частью моей собственной жизни. И только потом появляется в коллекции. Каждое замечание, которое появляется во время носки, возвращается обратно в мастерскую. Каждое улучшение проходит через меня лично. Именно поэтому я настолько уверен в том, что мы создаём. Я искренне не знаю другого человека, который был бы настолько увлечён мюлями, как я. Возможно, такие люди есть. Но именно эта любовь заставляет меня снова и снова возвращаться к работе. Искать. Экспериментировать. Улучшать. Иногда достаточно изменить всего несколько миллиметров. И ощущения становятся совершенно другими. Если мне самому неудобно — эти мюли никогда не станут частью коллекции. Если меня не восхищает результат — работа продолжается. Потому что я создаю мюли не только для наших гостей. Я создаю их прежде всего для самого себя. И именно поэтому могу честно сказать одну простую фразу: Я не продаю мюли — я живу в них.

Есть одна вещь, с которой я никогда не умел мириться. Посредственность. Неважно, о чём идёт речь. Об обуви. Об одежде. О ткани. О строчке. О собственной работе. Или о собственной жизни. Меня никогда не устраивал ответ: «И так нормально». Потому что я всегда задавал себе другой вопрос: «А можно сделать лучше?» Наверное, именно этот вопрос сопровождает меня всю жизнь.

Я вырос в небольшом городе. У меня не было громкой фамилии. Не было связей. Не было людей, которые могли открыть передо мной двери. Всё, что сегодня существует под именем VLAD BYKOV Couturier House, строилось постепенно. День за днём. Год за годом. Каждый новый шаг был результатом большого труда. Именно этот путь научил меня самому главному. Если хочешь однажды создать что-то настоящее, никогда не соглашайся на компромисс с самим собой.

Меня иногда спрашивают: «Почему именно такие материалы?» Ответ очень простой. Потому что я сам люблю вещи высокого качества. Если мы выбираем итальянскую замшу — мы ищем ту, которая соответствует нашим требованиям. Если мы выбираем лён — мы ищем лучший вариант. Если мы работаем с кожей крокодила — мы выбираем материал, который соответствует уровню нашего Дома. Не потому, что он самый дорогой. А потому, что качество — это уважение. К своей работе. К своему имени. И к человеку, который однажды доверит нам создание своей пары. Я убеждён, что настоящее качество невозможно заменить маркетингом. Его всегда чувствуют.

Я создаю прежде всего для себя. Очень часто меня спрашивают: «Как рождаются ваши коллекции?» Ответ всегда один. Я создаю вещи, которые сам хотел бы носить. Если мне самому неудобно — работа продолжается. Если меня что-то не устраивает — работа продолжается. Если я понимаю, что можно сделать лучше — работа продолжается. Наверное, именно поэтому каждая коллекция получается очень личной. Сначала она проходит через меня. И только потом становится частью VLAD BYKOV Couturier House.

Orange Private Edition — это закрытая коллекция VLAD BYKOV Couturier House. Первый выпуск ограничен 100 парами. Каждая пара создаётся индивидуально. Средний срок изготовления составляет 3–4 недели. Варианты исполненияItalian Suede — from 850 USDCombined Crocodile — from 2,150 USDFull Crocodile — from 3,500 USD Стоимость каждой пары определяется выбранными материалами, сложностью исполнения и количеством ручной работы, вложенными в её создание.

Мы никогда не стремились создавать мюли для всех. Нам гораздо интереснее создавать их для людей, которые, как и мы, ценят настоящее ремесло, внимание к деталям и удовольствие от вещей, созданных с любовью. Именно такие люди со временем становятся не просто гостями нашего Дома, а частью его истории. У VLAD BYKOV Couturier House существуют закрытые коллекции. Они постепенно открываются нашим постоянным гостям. Если вы уже общаетесь с нашими специалистами, просто уточните, какие коллекции сегодня доступны именно для вас. Если же вы только знакомитесь с нашим Домом, возможно, именно сейчас начинается наша общая история.

Я часто думаю не о том, сколько изделий мы создадим. Гораздо чаще я думаю о другом. Что останется после нас. Можно создать тысячи вещей. Но настоящую ценность имеют только те, в которые вложена душа. Мне хочется создавать изделия, к которым люди будут возвращаться спустя годы. Изделия, которые будут помнить. Не потому, что они были редкими. И не потому, что они были дорогими. А потому, что они были созданы с уважением к своему владельцу. Я не знаю, каким станет VLAD BYKOV Couturier House через десять или двадцать лет. Это покажет только время. Но я точно знаю одно. Я никогда не соглашусь на посредственность. Я никогда не перестану искать новые идеи. Новые материалы. Новые формы. Новые решения. Я никогда не перестану учиться. И если однажды кто-то посмотрит на нашу работу и скажет: «Именно это вдохновило меня создать что-то своё.» Значит, всё было не зря. Потому что творчество существует не для того, чтобы повторять. Оно существует для того, чтобы вдохновлять.

Каждая пара создаётся индивидуально.
Средний срок изготовления — 3–4 недели.

Italian Suede — from 850 USD
Combined Crocodile — from 2,150 USD
Full Crocodile — from 3,500 USD

Мы никогда не стремились создавать мюли для всех. Нам гораздо интереснее создавать их для людей, которые так же, как и мы, ценят настоящее ремесло, внимание к деталям и удовольствие от вещей, созданных с любовью. Если вы уже общаетесь с нашими специалистами, просто уточните, какие закрытые коллекции сегодня доступны именно для вас. Если же вы только знакомитесь с VLAD BYKOV Couturier House, возможно, именно сейчас начинается наша общая история.

Иногда самые интересные истории начинаются именно с первой пары. Возможно, наша история начнётся именно сегодня.